Восполнение знаний - путь к генетико-селекционной безопасности России

Ситуация в сфере селекции в свиноводстве, да и в других направлениях животноводства, сегодня ни для кого не секрет. Можно сказать, что это естественный ход истории: в то время, как в Европе развивались селекционные программы, писалось специализированное ПО, проводились исследования и глобальная селекционная работа, Россия переживала перестройку. Фактически, нашей страной потеряны десятки лет интенсивного развития этой области. Отставание сегодня, в условиях не паритетного обмена информацией, для многих выглядит непреодолимым, и это несмотря на то, что наши научные сотрудники работают не покладая рук. Об общей ситуации и возможном решении мы пообщались с генетиком Радиком Гареевым, техническим директором и представителем в странах СНГ и ЕАЭС компании SUISSEPIGS Genetics GmbH & Co. KG.

- Добрый день, Радик! Какие ключевые моменты сегодня, на ваш взгляд, препятствуют развитию селекции в России? Специалисты? ПО? Загубленные собственные породы?

- Ни для кого не секрет, что действительно существует проблема владения отечественными сельхозпроизводителями современным инструментом племенной оценки, используемой зарубежными генетическими компаниями для улучшения своих популяций животных: КРС, МРС и свиней. Наши отечественные сельскохозяйственные производители действительно не обладают программным обеспечением и технологиями, позволяющими самостоятельно достигать генетического прогресса, управлять себестоимостью, качеством мяса и молока. Развал Советского Союза привел к развалу отечественной системы племенной деятельности, ранее наработанного положительного опыта до нынешнего состояния зависимости от технологий и продуктов зарубежных генетических компаний, превратив наши животноводческие сельскохозяйственные предприятия в потребителей готовой продукции: генетического материала в виде семени или племенных животных. В некоторых случаях финансовое бремя сельскохозяйственных производителей, помимо покупки генетики, дополнительно увеличивается за счет обязательной выплаты Роялти. В целом, потеря для экономики страны исчисляется миллиардами - как прямыми выплатами в пользу зарубежных генетических компаний, так и не способностью на селекционном уровне управлять себестоимостью производимой продукции и ее качеством. Не смотря на это, в стране есть попытки создания инструмента управления генетическим прогрессом популяций сельскохозяйственных животных. Сколько десятилетий потребуется отечественным специалистам, чтобы создать современный инструмент племенной оценки, способный управлять генетическим прогрессом, никто не знает. Нашим зарубежным коллегам на это потребовалось десятилетия. Зарубежные генетические компании, уже продающие в Россию генетический материал, разумеется заинтересованы в сохранении и увеличении продаж конечного генетического продукта. Как показывает опыт общения, несмотря на понимание специалистами и собственниками сельскохозяйственных предприятий проблемы, у них нет возможности получить достоверную информацию о ситуации в целом. В итоге вся наша деятельность ведется в информационном поле, которое предполагает закрепить нас в качестве пользователя продуктов зарубежных технологий.

- Сегодня самым современным способом оценки племенных качеств животных стала геномная селекция. Насколько она развита в России? В чем отличие от Европейских программ?

- Геномная селекция, это дополнение к индексной селекции на основе BLUP. По мнению зарубежных генетиков вначале должна быть создана индексная племенная оценка на основе BLUP и только потом можно внедрять геномную оценку и формировать геномно-оптимизированный племенной индекс. И это все тоже базируется на понимании работы генома животного и его проявления в фенотипе. В мире таких специалистов так же не много, как и самих генетических компаний. Кто из отечественных специалистов может сказать, что способен интерпретировать данные SNP-чипа и сформировать геномно-оптимизированный племенной индекс, на том же уровне, как это делают зарубежные специалисты?

- Радик, исторически так получилось, что пока у нас шла перестройка, в Европе шло активное последовательное развитие. При этом, довольно значительное количество стран находятся на одном технологическом уровне. Проводился ли какой-то обмен информацией между институтами этих стран, то есть работали ли они в области селекции сообща? Почему сегодня так изолируется Россия?

- Действительно в Европейских странах, в интересах их сельскохозяйственных производителей, ведутся исследования по изучению генома сельскохозяйственных животных и взаимосвязи генома с фенотипом и окружающей средой. Зарубежные генетики отмечают отсутствие российских специалистов в подобных научно-исследовательских центрах. Это вопрос к нашим специалистам, почему их там нет.

- Как тогда, на ваш взгляд, возможно решить проблему генетико-селекционной безопасности России? Как можно обеспечить продовольственную безопасность предприятия, страны, если большой процент генетического материала завозится из-за рубежа?

- Наша генетическая компания SUISSEPIGSGenetics, проводит обучения и ведет проекты на восполнение знаний и передачу технологий в области племенной оценки. Все это позволит отечественным сельскохозяйственным производителям самостоятельно овладеть зарубежными технологиями и инструментом для управления себестоимостью производством мяса свинины, говядины, молока и их качеством, через генетику, через управление селекционной моделью животного, направленных на достижение генетического прогресса. Мы занимаемся внедрением в сельскохозяйственные свиноводческие и животноводческие предприятия (молочное и мясное КРС, овцеводство, козоводство) ноу-хау и высоких технологий в сфере племенной селекции. Например, для свиноводческого предприятия с объемом производства товарного поголовья 1 млн свиней снижение стоимости производства одного килограмма мяса только на 5 рублей в живом весе в первый же год внедрения высоких технологий позволит получить дополнительную прибыль для предприятия в размере 500 млн рублей (1 млн голов * 100 кг * 5 рублей = 500 млн рублей).

Сервер с пакетом программного обеспечения для сбора, учета производственных и племенных данных, расчета племенных индексов на основе метода BLUP, может находится в распоряжении собственников и специалистов российского предприятия, а не за пределами страны, как это происходит сегодня. Структура современного российского молочного или свиноводческого холдинга удачно подходит для организации управления производством через генетику. Специалисты предприятия обучаются методам и технологии ведения самостоятельной племенной работы на самом высоком мировом уровне и при необходимости в дальнейшем им оперативно оказывается всесторонняя помощь. Внедрение этих высоких технологий позволяет вести производственную деятельность без стороннего расчета племенных индексов, без закупки племенного материала, и позволяет управлять себестоимостью и качеством сельскохозяйственной продукции. Внедрение этого «инструмента» возможно как на новых запускающихся предприятиях, так и на предприятиях, уже имеющих какую-либо генетику. Таким образом обеспечивается генетическая независимость и продовольственная безопасность предприятия и страны в целом.

- Сложившиеся условия рынка показывают зарубежным компаниям, насколько выгодно поставлять свой генетический материал в Россию. Вы сами — немецкая компания, но при этом идете наперекор сложившимся отношениям. Возникает вопрос, насколько полно вы готовы передавать технологии и обучать? Не будет ли требоваться постоянное ваше участие в дальнейшей работе компаний, согласившихся на сотрудничество с Вами?

- Со своей стороны мы готовы передавать технологии максимально полно. Вопрос состоит в том, насколько ее готовы воспринять наши клиенты. Важно понимать, что работа по внедрению такой технологии подразумевает понимание и полную отдачу не только от руководства холдинга, желающего ее внедрить, но и старшего менеджмента, и специалистов. В каждом случае ситуация индивидуальна. Для примера, мы сейчас работаем над одном из проектов, где эти условия соблюдены. По нашим прогнозам полное внедрение займет около 2,5 лет, а затем еще около 5-7 лет мы можем консультировать, чтобы минимизировать ошибки, ведь не всегда все идет гладко, это генетика, а не, грубо говоря, сборка механизмов. Сильно влияет еще и то, насколько квалифицированны специалисты, для меня стало большим удивлением то, что во многих мощных и крупных холдингах специалисты часто просто не обладают необходимым багажом знаний. Важно также в каком состоянии на предприятии учет, да и просто какие животные. Каждый раз ситуация прорабатывается отдельно, но если говорить о полноте и быстроте передачи технологии — за этим стоят люди: чем больше они готовы воспринять, чем более они подкованы и устремлены на результат, тем меньше потребуется помощи со стороны в дальнейшем.

Вела интервью: Монастырева Галина

Ситуация в сфере селекции в свиноводстве, да и в других направлениях животноводства, сегодня ни для кого не секрет. Можно сказать, что это естественный ход истории: в то время, как в Европе развивались селекционные программы, писалось специализированное ПО, проводились исследования и глобальная селекционная работа, Россия переживала перестройку. Фактически, нашей страной потеряны десятки лет интенсивного развития этой области. Отставание сегодня, в условиях не паритетного обмена информацией, для многих выглядит непреодолимым, и это несмотря на то, что наши научные сотрудники работают не покладая рук. Об общей ситуации и возможном решении мы пообщались с генетиком Радиком Гареевым, техническим директором и представителем в странах СНГ и ЕАЭС компании SUISSEPIGS Genetics GmbH & Co. KG.

- Добрый день, Радик! Какие ключевые моменты сегодня, на ваш взгляд, препятствуют развитию селекции в России? Специалисты? ПО? Загубленные собственные породы?

- Ни для кого не секрет, что действительно существует проблема владения отечественными сельхозпроизводителями современным инструментом племенной оценки, используемой зарубежными генетическими компаниями для улучшения своих популяций животных: КРС, МРС и свиней. Наши отечественные сельскохозяйственные производители действительно не обладают программным обеспечением и технологиями, позволяющими самостоятельно достигать генетического прогресса, управлять себестоимостью, качеством мяса и молока. Развал Советского Союза привел к развалу отечественной системы племенной деятельности, ранее наработанного положительного опыта до нынешнего состояния зависимости от технологий и продуктов зарубежных генетических компаний, превратив наши животноводческие сельскохозяйственные предприятия в потребителей готовой продукции: генетического материала в виде семени или племенных животных. В некоторых случаях финансовое бремя сельскохозяйственных производителей, помимо покупки генетики, дополнительно увеличивается за счет обязательной выплаты Роялти. В целом, потеря для экономики страны исчисляется миллиардами - как прямыми выплатами в пользу зарубежных генетических компаний, так и не способностью на селекционном уровне управлять себестоимостью производимой продукции и ее качеством. Не смотря на это, в стране есть попытки создания инструмента управления генетическим прогрессом популяций сельскохозяйственных животных. Сколько десятилетий потребуется отечественным специалистам, чтобы создать современный инструмент племенной оценки, способный управлять генетическим прогрессом, никто не знает. Нашим зарубежным коллегам на это потребовалось десятилетия. Зарубежные генетические компании, уже продающие в Россию генетический материал, разумеется заинтересованы в сохранении и увеличении продаж конечного генетического продукта. Как показывает опыт общения, несмотря на понимание специалистами и собственниками сельскохозяйственных предприятий проблемы, у них нет возможности получить достоверную информацию о ситуации в целом. В итоге вся наша деятельность ведется в информационном поле, которое предполагает закрепить нас в качестве пользователя продуктов зарубежных технологий.

- Сегодня самым современным способом оценки племенных качеств животных стала геномная селекция. Насколько она развита в России? В чем отличие от Европейских программ?

- Геномная селекция, это дополнение к индексной селекции на основе BLUP. По мнению зарубежных генетиков вначале должна быть создана индексная племенная оценка на основе BLUP и только потом можно внедрять геномную оценку и формировать геномно-оптимизированный племенной индекс. И это все тоже базируется на понимании работы генома животного и его проявления в фенотипе. В мире таких специалистов так же не много, как и самих генетических компаний. Кто из отечественных специалистов может сказать, что способен интерпретировать данные SNP-чипа и сформировать геномно-оптимизированный племенной индекс, на том же уровне, как это делают зарубежные специалисты?

- Радик, исторически так получилось, что пока у нас шла перестройка, в Европе шло активное последовательное развитие. При этом, довольно значительное количество стран находятся на одном технологическом уровне. Проводился ли какой-то обмен информацией между институтами этих стран, то есть работали ли они в области селекции сообща? Почему сегодня так изолируется Россия?

- Действительно в Европейских странах, в интересах их сельскохозяйственных производителей, ведутся исследования по изучению генома сельскохозяйственных животных и взаимосвязи генома с фенотипом и окружающей средой. Зарубежные генетики отмечают отсутствие российских специалистов в подобных научно-исследовательских центрах. Это вопрос к нашим специалистам, почему их там нет.

- Как тогда, на ваш взгляд, возможно решить проблему генетико-селекционной безопасности России? Как можно обеспечить продовольственную безопасность предприятия, страны, если большой процент генетического материала завозится из-за рубежа?

- Наша генетическая компания SUISSEPIGSGenetics, проводит обучения и ведет проекты на восполнение знаний и передачу технологий в области племенной оценки. Все это позволит отечественным сельскохозяйственным производителям самостоятельно овладеть зарубежными технологиями и инструментом для управления себестоимостью производством мяса свинины, говядины, молока и их качеством, через генетику, через управление селекционной моделью животного, направленных на достижение генетического прогресса. Мы занимаемся внедрением в сельскохозяйственные свиноводческие и животноводческие предприятия (молочное и мясное КРС, овцеводство, козоводство) ноу-хау и высоких технологий в сфере племенной селекции. Например, для свиноводческого предприятия с объемом производства товарного поголовья 1 млн свиней снижение стоимости производства одного килограмма мяса только на 5 рублей в живом весе в первый же год внедрения высоких технологий позволит получить дополнительную прибыль для предприятия в размере 500 млн рублей (1 млн голов * 100 кг * 5 рублей = 500 млн рублей).

Сервер с пакетом программного обеспечения для сбора, учета производственных и племенных данных, расчета племенных индексов на основе метода BLUP, может находится в распоряжении собственников и специалистов российского предприятия, а не за пределами страны, как это происходит сегодня. Структура современного российского молочного или свиноводческого холдинга удачно подходит для организации управления производством через генетику. Специалисты предприятия обучаются методам и технологии ведения самостоятельной племенной работы на самом высоком мировом уровне и при необходимости в дальнейшем им оперативно оказывается всесторонняя помощь. Внедрение этих высоких технологий позволяет вести производственную деятельность без стороннего расчета племенных индексов, без закупки племенного материала, и позволяет управлять себестоимостью и качеством сельскохозяйственной продукции. Внедрение этого «инструмента» возможно как на новых запускающихся предприятиях, так и на предприятиях, уже имеющих какую-либо генетику. Таким образом обеспечивается генетическая независимость и продовольственная безопасность предприятия и страны в целом.

- Сложившиеся условия рынка показывают зарубежным компаниям, насколько выгодно поставлять свой генетический материал в Россию. Вы сами — немецкая компания, но при этом идете наперекор сложившимся отношениям. Возникает вопрос, насколько полно вы готовы передавать технологии и обучать? Не будет ли требоваться постоянное ваше участие в дальнейшей работе компаний, согласившихся на сотрудничество с Вами?

- Со своей стороны мы готовы передавать технологии максимально полно. Вопрос состоит в том, насколько ее готовы воспринять наши клиенты. Важно понимать, что работа по внедрению такой технологии подразумевает понимание и полную отдачу не только от руководства холдинга, желающего ее внедрить, но и старшего менеджмента, и специалистов. В каждом случае ситуация индивидуальна. Для примера, мы сейчас работаем над одном из проектов, где эти условия соблюдены. По нашим прогнозам полное внедрение займет около 2,5 лет, а затем еще около 5-7 лет мы можем консультировать, чтобы минимизировать ошибки, ведь не всегда все идет гладко, это генетика, а не, грубо говоря, сборка механизмов. Сильно влияет еще и то, насколько квалифицированны специалисты, для меня стало большим удивлением то, что во многих мощных и крупных холдингах специалисты часто просто не обладают необходимым багажом знаний. Важно также в каком состоянии на предприятии учет, да и просто какие животные. Каждый раз ситуация прорабатывается отдельно, но если говорить о полноте и быстроте передачи технологии — за этим стоят люди: чем больше они готовы воспринять, чем более они подкованы и устремлены на результат, тем меньше потребуется помощи со стороны в дальнейшем.

Вела интервью: Монастырева Галина

Партнеры
  
Мы в соцсетях :
apknews.su © 2017
г. Ростов-на-Дону
Бульвар Комарова, 28Г